Посмотреть оригинал - http://www.ekhoplanet.ru:80/history_2033_15842

Нераскрытая тайна Валленберга
23 мая 2012 14:53







Его судьба по-прежнему загадка, хотя ФСБ опубликовала новые материалы





Фёдор Лукьянов



Эхо планеты, БУДАПЕШТ


В августе 2012-го исполнится 100 лет со дня рождения Рауля Валленберга. По этому поводу в Европе нынешний год объявлен годом Валленберга. Шведский дипломат, спасавший венгерских евреев, исчез в Будапеште 67 лет назад, весной 1945-го, а в последний раз его видели живым в Москве, на Лубянке, в 1947-м. Судьба Валленберга стала легендой ХХ века, связав в один не распутанный до сих пор клубок имена многих сильных мира сего, от Рузвельта и Сталина до Хрущёва, Горбачёва и Путина.

Архивы заговорили


Невероятно, но факт: спустя десятилетия после исчезновения Валленберга на Лубянке появляются всё новые данные об обстоятельствах его исчезновения в недрах ведомства. Своего рода сенсацией можно

считать последнюю публикацию архива ФСБ с показаниями Вилли Рёделя, пленного нацистского офицера, сидевшего с Валленбергом в одной камере в тюрьме на Лубянке.

Публикация показаний Рёделя, которые КГБ долгое время скрывал, стала большой неожиданностью. Дело в том, что раньше Москва утверждала: протоколы допросов Рёделя не сохранились. Теперь же выясняется, что они всё же есть, но до сих пор были засекречены. Это означает, что и многие другие документы по делу Валленберга, о существовании которых подозревали исследователи, ещё пылятся в архивах спецслужб и ждут обнародования. В первую очередь это досье Толстого-Кутузова, дипломата русского происхождения, работавшего с Валленбергом под одной крышей шведского посольства в Будапеште.

Что касается показаний Рёделя, то они оказались включены в книгу «Секреты дипломатии Третьего рейха», в которую вошли также протоколы и стенограммы допросов примерно двух десятков оказавшихся за решёткой гитлеровских дипломатов. Книга была опубликована пару месяцев назад архивом ФСБ. Свидетельства Рёделя охватывают период с марта 1945 по март 1947 года — как раз то время, когда он был сокамерником Валленберга.

В своих показаниях Рёдель описывает деятельность Густава Рихтера, полицейского атташе нацистской Германии в Бухаресте, консультировавшего правительство Антонеску по «еврейскому вопросу». В течение первых двух месяцев после ареста Валленберг находился в одной камере с Рихтером.

«Разумеется, это было сделано намеренно», — считает американский историк Бергер. По её мнению, позднее Густава Рихтера могли допрашивать по делу Валленберга. Работая с оригиналом показаний Рёделя, американские историки установили, что из дела было изъято несколько страниц, которые как раз и могут содержать информацию о судьбе Валленберга. «Скорее всего, не следует доверять словам российских официальных лиц, которые утверждают, что документов у них нет», — считает Бергер.

Руководство ФСБ пока никак не отреагировало на предположение исследователей, что страницы, способные пролить свет на судьбу шведского дипломата, были изъяты намеренно. Однако тот факт, что показания
Рёделя всё же всплыли из недр ранее засекреченных архивов, обнадёживает.

Обнадёживает исследователей и недавнее заявление бывшего председателя Особого архива СССР Анатолия Прокопенко. Как утверждает Прокопенко, в Будапеште за Валленбергом следил граф Михаил Толстой-Кутузов, который и докладывал о дипломате НКВД. Тем самым он подтверждает существующую версию о характере взаимоотношений Кутузова и Валленберга.

По словам Прокопенко, Москва подозревала, что Валленберг владеет информацией о сотрудничестве между нацистами, с одной стороны, и Британией и США, с другой. Этот факт теперь тоже можно считать доказанным. По словам Прокопенко, в 1991 году в ходе визита в главный архив КГБ он случайно наткнулся на досье графа Михаила Толстого-Кутузова, эмигрировавшего из революционной России в 1917 году.

Тщательно изучить документы у Прокопенко не получилось, однако он выяснил, что граф работал вместе с Валленбергом в Будапеште и фактически докладывал советской разведке обо всех перемещениях шведа. Так версии и слухи получают теперь документальное подтверждение.

Анатолий Прокопенко известен среди прочего тем, что в 1990 году, будучи директором Особого архива, представил Михаилу Горбачёву документы, подтверждающие массовый расстрел польских военнослужащих под Катынью. Правда, понадобилось ещё 20 лет, чтобы Москва признала факты по Катыни и рассекретила
документы на сей счёт. Не исключено, что первые устные признания Прокопенко по делу Валленберга откроют дорогу и новым документальным свидетельствам, в частности, из досье Толстого-Кутузова. А начиналась вся эта история так.

Передовые части 2-го Украинского фронта вышли к венгерской столице 20 декабря 1944-го. Кровопролитные бои за город были ещё в самом разгаре, когда в отделении Красного Креста на улице Бензур,16, недалеко от будапештского городского парка, появился довольно молодой человек — 1-й секретарь посольства нейтральной Швеции Рауль Валленберг.

Работникам Красного Креста «странный швед» объяснил, что русские, скорее всего, освободят этот район первым, и тогда он быстро сможет выйти на советское командование, лично на командующего Малиновского, чтобы сообщить ему важную информацию, в том числе и о будапештском гетто, которое располагалось на берегу Дуная, в районе Западного вокзала. По его словам, нужно было спешить освободить узников гетто, иначе нацисты могли их полностью уничтожить.

В принципе, он не ошибся. Передовые части Красной армии заняли улицу Бензур 13 января 1945 года. Лейтенант Дмитрий Демчинков, освобождавший со своими людьми здание Красного Креста, сразу же предоставил Валленбергу охрану и укрытие в надёжном от обстрелов месте.

На следующий день, 14 января, Рауль появился у миссии на советской военной машине, сообщив, что неплохо устроился и собирается в город Дебрецен, в ставку Малиновского и расположение Временного венгерского правительства. Ещё через два дня, 17 января, когда советские части освободили практически весь Пешт, включая территорию гетто, Валленберг неожиданно объявился с рюкзаком за плечами в шведском посольстве и радостно сообщил, что большую часть узников гетто удалось спасти. Теперь со спокойной душой он уезжает в Дебрецен.

С того дня, с 17 января 1945-го, шведского дипломата Валленберга и его шофёра не видели ни родственники, ни коллеги-сослуживцы. Он просто исчез. Исчез, как оказалось, чтобы через пару недель очутиться в Москве, на Лубянке.

Секретная миссия


В Будапешт молодой человек по имени Рауль Валленберг, которому тогда ещё не исполнилось и 32 лет, приехал 9 июля 1944 года. Венгрия была оккупирована немцами. Не доверяя даже «дружественному» режиму адмирала Хорти, Гитлер решил нанести упреждающий удар. Дело в том, что по мере приближения фронта к

венгерским границам верхушка режима Хорти стала настойчиво искать пути выхода из военной круговерти, в которой страна уже потеряла сотни тысяч человек на Восточном фронте.

Гитлер был в курсе закулисных переговоров за его спиной и подготовил ответные шаги. В ночь на 18 марта 1944 года 11 немецких дивизий вторглись на венгерскую территорию и за 12 часов по плану «Маргарет-1» оккупировали всю страну. Фактически верховная власть в Венгрии перешла к немцам, точнее, к наместнику Везенмейеру, отдававшему распоряжения даже насчёт состава венгерского правительства.

Буквально через несколько дней в стране начинается коричневая вакханалия: аресты, грабежи, депортации венгерских евреев, община которых была одной из крупнейших в Европе (около 700 тысяч человек). В концлагеря Германии и оккупированной Австрии пошли эшелоны с заключёнными. Их везли в вагонах для скота, по несколько тысяч человек каждый день.

Собственно говоря, приезд в Будапешт Валленберга был связан именно с этим обстоятельством. О его деятельности по спасению венгерских евреев сейчас известно немало, однако до самого последнего времени немногие знали, что же предшествовало неожиданному приезду недавнего выпускника Мичиганского университета с дипломом строительного инженера в кармане, отпрыска богатейшей шведской семьи промышленников, в прифронтовой Будапешт с дипломатическим паспортом? Лишь совсем недавно, после того как американцы рассекретили свои архивы разведки, пролился свет на предысторию секретной миссии Валленберга...

Всё началось с того, что в один из майских дней 1944-го в лифте здания в центре Стокгольма случайно встретились два иностранца. Один — венгерский еврей Кальман Лауэр — возглавлял небольшую экспортно-импортную компанию, а второй — Ивер Ольсен, оперативный офицер американской разведки, — работал под «крышей» американского посольства специалистом по финансам. Узнав, что Лауэр родом из Венгрии, Ольсен попросил его подыскать «какого-нибудь крепкого шведа», который бы согласился ехать в Будапешт — спасать венгерских евреев. На что Лауэр тут же предложил своего сотрудника — Рауля Валленберга, который по служебным делам уже не раз бывал в Будапеште...

Вскоре после этого, в июне, состоялась личная встреча Ольсена и Валленберга в курортном местечке Сальтшёбаден. Оба друг другу понравились.

Как рассказывают рассекреченные архивы, утверждение кандидатуры Валленберга для будапештской миссии проходило на самом верху, его одобрил сам президент Рузвельт. В задачу новоиспечённому «дипломату» ставилась не только организация спасения венгерских евреев, но и установление связей с антифашистскими силами в Венгрии, а также сбор любой «полезной» информации. Это, однако, не означало, что Валленберг становился кадровым сотрудником американской разведки. Судя по всему, этого от него и не требовалось.

Остальное, как говорится, дело техники. По настойчивой просьбе Вашингтона шведский МИД очень быстро зачисляет Валленберга на должность 1-го секретаря посольства в Будапеште. Работать ему в венгерской столице предстояло, используя деньги американского Совета по военным беженцам, созданного по распоряжению Рузвельта в январе 1944-го, финансировавшегося еврейскими организациями и очень плотно контактировавшего с американской разведкой. Серьёзные средства — валюта (225 тысяч долларов) и бриллианты, полученные шведом в венгерской столице, потом сильно облегчат его миссию. Многих чиновников из числа оккупационной и венгерской администраций в Будапеште он просто покупал за наличный расчёт.

Специальные зондеркоманды СС Адольфа Эйхмана, командированного лично Гитлером в Будапешт для решения «еврейского вопроса», день за днём планомерно рыскали от города к городу, от села к селу. Им помогали 20 тысяч венгерских жандармов. В итоге к 9 июля 1944-го, когда швед появился в Венгрии, из страны было вывезено 434 352 еврея — все, кроме находившихся в «рабочих лагерях» и проживавших в столичных гетто, а это ещё более 200 тысяч человек.

Валленбергу удалось договориться с венграми под носом у немцев о выдаче жителям гетто 1500 «шютц-паспортов» — «защитных паспортов», придуманных им самим неофициальных «шведских паспортов», дававших их владельцам возможность чувствовать себя в безопасности. Позднее количество «охранных грамот» удалось довести до 4500, а на самом деле их было выдано в три раза больше. Штаб Валленберга со временем вырос до нескольких десятков человек, которые день и ночь печатали и раздавали спасительные паспорта на жёлтой бумаге с синими шведскими гербами.

Лубянка ставит на шведа


В тюремной карточке Валленберга, заведённой на него во внутренней тюрьме НКГБ СССР и всплывшей из секретных архивов лишь в 1991-м, указана дата ареста — 19 января 1945 года. В графе «Характер преступления» — пустое место. Это означает, что шведа арестовали уже на следующий день после прибытия в ставку Малиновского. Им сразу же занялись офицеры Смерша.


Один из высших руководителей советской разведки тех лет Павел Судоплатов признавал, что органы Смерша заранее получили ориентировку на Валленберга, который подозревался в сотрудничестве с американской, английской и германской разведками.

В своих мемуарах «Разведка и Кремль» Судоплатов писал, что «наш агент Толстой-Кутузов» участвовал в разработке Валленберга в Будапеште, которого он даже подозревал в контактах с германской разведкой. Якобы было зафиксировано несколько встреч Валленберга с самим начальником немецкой разведки Шелленбергом.

Как бы там ни было, но в феврале 1945-го в Москве сразу поняли, какая птица попала в сети. Об аресте Валленберга было поставлено в известность всё советское руководство. Достаточно сказать, что приказ об аресте шведского дипломата, имеющего по всем международным конвенциям статус дипломатической не-
прикосновенности, подписал Николай Булганин, заместитель Сталина по Наркомату обороны. В курсе событий, конечно, были сам вождь, Молотов и другие члены высшего руководства СССР.

«Будапештский швед», с его обширными связями, представлялся очень ценным источником информации. Вербовка столь важного кадра сулила советской разведке выходы на новые рубежи в начавшемся противостоянии с американцами. Если Валленберг действительно вёл закулисные переговоры с немцами по поручению американцев, тогда он становился важным свидетелем. Его показания могли стать очень сильным козырем для Москвы.

Тут ещё затягивался узел с послевоенным устройством в Финляндии, где шведская семья имела очень серьёзные финансовые интересы. С помощью тех же Валленбергов в 1944-м СССР удалось принудить финские власти подписать перемирие на своих условиях...

Одним словом, расчёты на Рауля Валленберга на Лубянке строились большие. Но, судя по всему, упрямый швед никак «не хотел понять», что от него требуется, а драгоценное время уходило. В конце октября 1946-го завершился Нюрнбергский процесс. Как свидетель тайных игр американцев с немцами Валленберг уже был не нужен. Фактически к лету 1947 года дело Валленберга, как признаёт Судоплатов, зашло в тупик.

После всего произошедшего отпускать на свободу столь важного свидетеля, прошедшего главную тюрьму чекистского ведомства, для сталинского режима было равнозначно полному саморазоблачению. Тем более, в обстановке уже начавшейся холодной войны с американцами. Поэтому версия об отравлении Валленберга, увы, сегодня кажется наиболее правдоподобной. Специальная «Лаборатория-Х», действовавшая рядом с Лубянкой, к тому времени уже досконально отработала механизм уничтожения неугодных с помощью ядов. Характерные признаки: внезапная остановка сердца или инфаркт.

Именно такой диагноз — инфаркт — констатировал у до того совершенно здорового 35-летнего арестанта Валленберга начальник медицинской службы внутренней тюрьмы на Лубянке Смольцов. Судя по документам, всё произошло вечером 17 июля 1947 года.

Казалось бы, после стольких лет поисков и расследований в деле Валленберга уже можно было бы поставить точку. Вот и американцы, наконец, рассекретили свои архивы. Вопрос только — все ли? Что-то в них ничего нет о контактах Вашингтона через Валленберга с германским руководством в разгар войны. Упорно отказываются предать огласке секретные материалы по этому делу и сами шведские власти. Но вот ещё одна, самая последняя версия. Услышать её пришлось недавно от человека, скажем так, осведомлённого, в высоком звании. По ней, Валленберг якобы поначалу начинал работать на... советскую разведку, которая «зацепила» его ещё во времена «леваческой юности».

Поговаривают, что и документы на счёт связей Рауля Валленберга с советской разведкой где-то есть, но стоит на них пометка «Совершенно секретно. Хранить вечно». Если это так, то картина 67-летней давности становится ещё более занимательной. Так что в деле Валленберга, похоже, ещё рано ставить точку...




Журнал "Эхо планеты"№19'2012